Власти КНР отказываются от
лозунга «Одна семья – один ребенок»
Власти крупнейшего города КНР
Шанхая приняли решение отменить существовавший более 20 лет режим поощрения
бездетных семей. В 80-е гг. в рамках политики ограничения рождаемости в стране,
а особенно в городах, предпринимались суровые меры по «уменьшению размера»
семей, когда семьи, решившие завести второго, третьего и т.д. ребенка,
обкладывались огромным по местным меркам «штрафом». Поощрялись однодетные семьи
и бездетные тоже, причем последние даже больше.
В последние несколько лет, однако,
демографическая ситуация в Поднебесной стала серьезно меняться. В крупных
городах население перестало прирастать за счет естественного воспроизводства, и
увеличивают численность горожан лишь мигранты из деревни. Но этот поток
довольно жестко регулируется, и мегаполисы с их стремительно растущей
экономикой по-прежнему испытывают нехватку рабочих рук. Поэтому власти того же
Шанхая, а также Пекина четыре года назад изменили «правила игры»: семьи могут
«бесплатно» заводить второго ребенка, если его родители сами происходят из
семей с одним ребенком. Теперь сделан следующий шаг на пути исправления
демографической ситуации, и, скорее всего, этим шагом страна не ограничится.
В 60-е гг. прирост населения в КНР
был очень высоким, иногда превышая 2% в год. В результате за какие-то 20 лет
численность населения возросла с менее чем 700 млн до более чем 1 млрд жителей.
Соответственно, росли продовольственные и экономические трудности, так как
такое количество прокормить и обеспечить работой было трудно. То есть в рамки
милитаристской доктрины Мао Цзедуна, предрекавшего ядерную войну и большие
жертвы, такой прирост вполне вписывался (хотя некоторое ограничение рождаемости
уже проводилось). Неважно, что это избыточное население голодает и нищенствует,
важно, что есть большой запас пушечного мяса на случай «мирового пожара». В
рамки нового курса, объявленного в 1978 г., такая ситуация уже не укладывалась.
Поэтому новый «великий кормчий» Дэн Сяопин и провозгласил политику «Одна семья
– один ребенок», а китайские города стали пестрить плакатами с лозунгом «Мама,
роди меня одного».
Политика дала результаты: в
прошлом году прирост населения в КНР составил всего 0,57%. Что даже несколько меньше,
чем требовалось экономике Поднебесной (по подсчетам демографов, 0,8% в год) для
продолжения стабильного развития. Что было особенно важно, наблюдались
значительные диспропорции и в текущей статистике. Во-первых, КНР держит рекорд
по «мужскому шовинизму» среди новорожденных: количество мальчиков в младшей
возрастной категории на 20% превышает количество девочек. Власти видят в этом
дурную сторону давних сельских традиций (в деревне мечтали иметь в семье
кормильцев) и недавнего стремления иметь много солдат – в результате многие
женщины, узнав, что у них может быть девочка, предпочитали делать аборт, благо
аборты в Китае совершенно легализованы.
Власти говорят о 40 млн
невостребованных женихов в ближайшем будущем и о том, что жен придется искать,
скорее всего, за границей (впрочем, в рамки «ползучей китайской экспансии», о
которой заявляют некоторые политики, такая ситуация укладывается).
Кроме того, наблюдается сильная
демографическая диспропорция между городом и деревней. В крупных городах
естественный прирост остановился и даже перешел в естественную убыль. На селе
рождаемость существенно выше, однако это обстоятельство скорее прибавляет
головной боли китайским руководителям. В деревне и небольших городах, где живет
75% населения, явный переизбыток рабочих рук. Называют цифру в 200 млн
полностью или частично безработных. Приложить эти руки особенно негде:
возможности экстенсивного роста аграрного сектора в КНР ограничены, в том числе
из-за природных условий (площадь запашки ежегодно сокращается на сотни тысяч га
из-за истощения почв и наступления пустынь). Инвесторы предпочитают вкладывать
в недвижимость крупных городов, фабрики, объекты ТЭК, но только не в фермеров и
местные сельхозкоммуны, поэтому возможности интенсивного роста в этом секторе
ограничены также. Власти сдерживают переток населения из села в город, так как
боятся, что этот процесс «пойдет на самотек» со всеми вытекающими отсюда
последствиями. Вместе с тем принят план массовой урбанизации, включающий
строительство «с нуля» десятков новых городов, особенно на слабо освоенном
западе страны. Но он потребует колоссальных инвестиций, которые ни западные
банки и компании, ни международные финансовые организации, которые столь охотно
вкладываются и кредитуют проекты в Пекине, Шанхае и т.д., выделять пока не
хотят.
|
