В Латвии всерьёз взялись за решение проблемы падения рождаемости.
Исследования показали: рождаемость в стране упала из-за непростой
экономической ситуации. В результате экономических неурядиц в 2011
средний показатель количества детей, которые рождаются на свет у одной
женщины детородного возраста, снизился почти до 1,18 ребенка, в то
время как момент выхода республики из ...
Среди европейских стран, не входящих в ЕС, самые
большие потери может понести Россия, население которой, по оценкам ООН,
сократится за следующие полвека почти на треть . Столь же тревожно выглядит
демографическая ситуация и в остальных европейских странах постсоветского
пространства – Украине, Белоруссии, Молдове.
Еще до Второй мировой войны французский демограф Адольф Ландри отметил, что
рост населения во всех странах проходит три стадии.
Первая характеризуется высокой рождаемостью и почти столь же высокой
смертностью: из 5-6 детей спустя год выживают максимум два-три, а средняя
продолжительность жизни едва превышает 30 лет. Эта стадия характерна для
статичных, патриархально-традиционалистских обществ, основой экономики которых
служит натуральное сельское хозяйство. Уровень образования и просто грамотности
у них крайне низок, женщины в семье и обществе полностью подчинены власти
мужчин, а смертность усугубляется постоянными войнами и массовыми эпидемиями – чумы,
холеры, оспы и т.д., во время которых погибает значительная часть жителей. Так
случилось в Европе в 1346–1353 гг., когда от чумы вымерла треть всего
населения. Результатом является крайне медленный прирост – для удвоения числа
жителей страны требуется около столетия, т.е. четыре поколения, если не больше.
В Европе первая стадия охватывает Средние века и начало Нового времени вплоть
до разложения феодализма. В Азии, Африке, Латинской Америке она сохранялась до
европейской колонизации, подорвавшей устои традиционных обществ. Правда,
наблюдались и исключения: например, взрывы рождаемости у азиатских
скотоводов-кочевников (арабов, монголов, тюрков), толкнувшие их из-за нехватки
пастбищ к завоевательным походам в более развитые и богатые земледельческие цивилизации
– Китай, Индию, Европу.
Вторая стадия отличается резким сокращением смертности (особенно детской)
благодаря прогрессу медицины при сохранении высокой рождаемости. В это время
прирост населения значительно ускоряется: его удвоение или даже утроение
происходит в среднем за полвека, т.е. вдвое быстрее, чем раньше. Такой
демографический взрыв был характерен для европейских стран в эпоху начального
развития капитализма и первых промышленных революций.
Европа по темпам рождаемости далеко опережала тогда остальные континенты.
Массовый исход из деревни крестьян, не находивших работы в городе, питал мощные
волны европейских переселенцев, направлявшихся после великих географических
открытий в Северную и Южную Америку.
Прецеденты европейского колониализма бывали и раньше – от торговой экспансии
греков в Средиземноморье, завоеваний Александра Македонского и Римской империи
до крестовых походов Средневековья. Наряду с социально-экономическими причинами
в числе важнейших их предпосылок всегда являлись демографические дисбалансы,
периодически подрывавшие внутреннюю стабильность рабовладельческих и феодальных
обществ. Вместе с тем европейские переселенческие потоки имели важную
цивилизационную, особенно конфессиональную составляющую: подобно тому, как
завоевательные походы арабов или тюрок проходили под зеленым знаменем ислама,
европейская колониальная экспансия обосновывалась не только расистскими
теориями (“Эссе о неравенстве человеческих рас” графа Жозефа-Артюра Гобино,
вышедшее в 1855 г.),
но, прежде всего, распространением христианства и глобальной цивилизаторской
миссией.
Вторая стадия, при которой смертность снижается, а рождаемость остается
чрезвычайно высокой, продолжается до сих пор во многих развивающихся странах,
причем обычно самых бедных и отсталых. Так, в Западной Африке на тысячу жителей
в 2003 г.
приходилось 41 рождение и 15 смертей (в Нигере даже 55 и 20).
На третьей стадии, в которую Европа окончательно вступила в последней трети ХХ
века, происходит падение, как рождаемости, так и смертности. При такой
демографической модели рост населения замедляется, наступает его стагнация, а
затем и абсолютное сокращение. В 13 странах Южной Европы на тысячу жителей в
том же 2003 г.
приходилось 10 рождений и 9 смертей, в 11 странах Восточной Европы – 9 и 14, а
в 25 странах Евросоюза естественный прирост составил всего 0,5, а с иммиграцией
– 2,5 человека на тысячу .
Объективные социально-экономические и субъективные психологические причины этих
тенденций хорошо известны. Индустриализация и урбанизация сопровождаются
значительным повышением жизненного и, что немаловажно, образовательного уровня
большинства населения, в том числе женщин, которые все шире включаются в
производственную, общественную и культурную жизнь. Этому способствует развитие
общественного питания, механизация быта и прочих традиционно семейных
обязанностей женщин. В современной Европе они уже составляют более 40%, а с
учащимися – половину самодеятельного населения. В результате средний возраст
европейских женщин, создающих семью и принимающих решение о рождении детей,
возрос за последние полвека с 19-20 до 27-28 лет, что неизбежно отражается на
плодовитости.
К этому добавляются широкое распространение семейного планирования благодаря
эффективным противозачаточным средствам, кризис моногамной семьи (в Европе на
три брака приходится один-два развода), значительное увеличение в связи с этим
числа одиноких мужчин и женщин, семей с одним родителем.
Ушло в прошлое использование крестьянами (удельный вес которых в населении
большинства европейских стран упал до нескольких процентов) взрослых детей как
даровой рабочей силы в хозяйстве. С другой стороны, создание пенсионной системы
подорвало прежнюю взаимозависимость поколений – содержание престарелых
родителей детьми встречается все реже, что также снижает стимул к увеличению их
числа в семьях.
Наконец, присущие западному “обществу потребления” индивидуализм и гедонизм
делают тяготы, неизбежно связанные с рождением и воспитанием нескольких детей,
все менее привлекательными.
